Подводка ведущего
Мы переходим ко второй части нашего сегодняшнего мероприятия. Я еще раз приглашаю всех по новой как раз-таки вернуться в зал. В целом можно это сделать и с кофе, и с сэндвичами. Проблемы здесь я лично, например, никакой не вижу. Как мы уже поняли, в целом из нашей прошлой секции, телефон, который находится даже сейчас у меня в руках, это в самом деле самый настоящий черный ящик, поскольку он хранит все то, что вы искали, кому звонили, что смотрели в браузере ночью и так далее. И в целом, даже если мы открыли этот телефон, то нам с вами стоит понять, что находится в его содержимом. Ольга Владиславовна Тушканова нам с вами сейчас любезно расскажет самую типовую методику исследования как раз-таки таких доказательств, которые рождаются в этом деле. Давайте поддержим ее аплодисментами.
Ольга Владиславовна, микрофон вам. Кликер сейчас принесу.
Доклад и вопросы
Добрый день. О, ну что, да, спасибо большое. Так, где у нас, вверх стрелочка, это туда. Сейчас разберемся. Почему возникла эта тема? На самом деле все мы, как эксперты, обязаны, вообще говоря, указывать некую литературу, некие источники, на которые мы опираемся при производстве экспертизы. Вот это составная часть заключения эксперта, где должно быть указано. Раз, два, три.
Нет.
Значит, я сейчас возьму два источника вот этой информации, откуда эксперт может брать, и на что он может ссылаться, брать информацию для работы. На самом деле, научные продукции, в которые пишется много чего, и не научные продукции, различных рекомендаций, которые делают разработчики, и всего хелпа, и все остальное, оно есть. Но основное, что используют эксперты, это у нас либо методики, либо методические рекомендации.
Методика – это формализованный алгоритм действия эксперта, обеспечивающий воспроизводимость и достоверность результатов. Она включает этапы подготовки, проведения, оценки результатов, а также требования к инструментам и условиям выполнения исследования. То есть это то, что называется у нас методикой и то основное, на что должен опираться эксперт. Два года назад я практически рассказывала, по каким задачам методики обязательно нужны, по каким задачам они факультативно нужны, по каким задачам, ну как бы человек пишет, ну вот я поисковая задача, могу так искать, могу так искать, вот нашел, вот пожалуйста, ну не нашел, так получилось, как бы осмотр места происшествия, все, что нашел, все копилку расследования преступлений, все, что не нашел, ну не нашел.
Методические рекомендации – это документы рекомендательного характера, которые разъясняют и помогают применять экспертные методики оборудования. Если методика – это раз, два, три, пять обязательно, то методическая рекомендация, она, как правило, разъясняет, а как применять эту методику. Например, у нас есть типовая методика исследования компьютерной информации, несколько раз уже написанная, улучшенная. И под эту методику исследования компьютерной информации мы сейчас стали писать методические рекомендации. Одна из них, методические рекомендации по исследованию информации в Astra Linux. Astra Linux расшифровывает следовую картину, методические рекомендации, а где посмотреть, а чем посмотреть, а как посмотреть, более конкретно по Linux. Сейчас мы пишем то же самое по macOS.
Но в отличие от этого, мы стали создавать методики, наверное, ближе к по объектам, поэтому методические рекомендации по исследованию информации компьютерной, они все-таки больше касаются информации, которая находится в обычных компьютерах и в виде файловых систем. Другое дело, что у нас касается методических рекомендаций и методик по исследованию мобильных телефонов. Начнем с некой исторической справки. Почему три точки?
Я не могу сказать, что мне известно все, что писалось на эту тему с момента появления мобильных телефонов, кто чего как об этом писал. В том числе разработчики некого программного обеспечения, они тоже что-то описывали. Делай так, делай так, делай так. Первое, более-менее достоверный источник, это методические рекомендации по криминалистическому исследованию мобильных телефонов сотовой связи в органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ. У меня был 2011 года этот материал, ФСКН, понятно, разрабатывала, и эти методические рекомендации были ДСП. Поэтому до кого-то дошли, до кого-то не дошли. Наркоконтроль сам по себе это использовал. Насколько я понимаю, один из разработчиков этого документа, он даже здесь присутствует.
Следующее, что у нас появилось, рекомендации, рекомендации, нам нужна была типовая методика исследования информации. И в 2014 году в ЭКЦ МВД России более-менее такая методика была написана. Но написано по уровню тех объектов, которые были, и многие вещи, которые сейчас появились в мобильных телефонах, эта методика на самом деле не могла учитывать, потому что фантазировать, а что там еще появится, было сложно. Следующее, что было сделано в 2023 году, ЭКЦ МВД России мало-мало совершенствовала эту методику, но она не очень, скажем так, отличается от предыдущей. И вот в этом году мы написали типовую методику, разработали экспертного исследования информации, содержащейся в мобильных устройствах и их компонентах.
Я не буду вам перечислять раз, два, три дела и расписывать, как она написана. Я просто расскажу те нововведения, которые были сделаны, и поэтому станет понятно, почему мы, вообще говоря, вот этим делом занялись. Почему пришлось писать методику вот такого исследования?
Что нового? Первое. Раньше это были просто мобильные телефоны. Мы пришли к мобильным устройствам. То есть немножко расширили спектр объектов исследования, потому что принципы и подходы одинаковые. Что мы сюда еще включили? Мобильные телефоны кнопочного типа, понятно, смартфоны, планшетные компьютеры и смарт-часы, умные браслеты. То есть вот расширили спектр того, что подпадает под эту методику, вот сюда. Мы преобразовали раздел, посвященный объектам исследования, то есть описанию. Типовая методика вообще состоит обязательно из нескольких обязательных разделов, в том числе нужно кратко описать объект исследования, дать типовые вопросы, дать экспертную задачу, подходы к тому оборудованию, которым вы пользуетесь. Саму методику, как раз, два, три, четыре, пять делай, но без конкретной привязки к конкретному оборудованию, а просто рекомендации, чтобы не забыть туда сходить, туда сходить, туда сходить.
И выводы и так далее. У нас в том числе добавлен туда раздел по описанию объектов исследования, описание технического шифрования данных. В том числе, там много нового.
Но уточнены требования к оборудованию, используемому для производства исследования. Вот, скажем так, проблема того, что мы должны записывать в методике исследования именно компьютерной информации, как мы должны детализировать оборудование. Если мы пойдем, вот сегодня я исследую, допустим, компьютер или мобильный телефон, мне нужен вот желательно вот такое стендовое оборудование, вот такие аппаратно-технические средства. Желательно, чтобы у меня стояло что-то от ACE Lab, там от МКО Систем, там еще от кого-то. Плюс такое-то программное обеспечение по наименованиям, то это путь никуда, потому что через полгода у нас изменится наименование программных продуктов, появится что-то еще, чего я хочу, и исчезнет то, чего я хотел, но вот, к сожалению, там они просто ушли и больше не продаются. Поэтому в методиках пишутся требования функциональные. А чем они будут реализованы в каждый конкретный момент времени, что вы будете заказывать и вставлять в технические задания на приобретение, в контракт, это будет уже нечто, что будет соответствовать таким требованиям.
Но оно обретет конкретный вид и наименование программного обеспечения, аппаратных средств. Требования к оборудованию: программно-аппаратный комплекс эксперта. Смотрите, иметь различные интерфейсные и технологические разъемы, специализированные устройства, ну Bluetooth-адаптер, Wi-Fi-адаптер, другое какое-то оборудование, кабели сопряжения для подключения мобильных устройств, сим-карт, карт памяти. Должны чем сейчас, какое именно наименование, понятия не имею, но вот оно должно это делать. Иметь оборудование для работы с информацией на машинных носителях. Иметь возможность блокирования регистрации мобильных устройств в сетях сотовой связи.
Иметь возможность обеспечения электрическим питанием, аккумуляторных батарей и непосредственно самих мобильных устройств. Например, универсальный блок электропитания. Например, ищите, может что-то появится другое. Иметь возможность демонтажа микросхем памяти мобильных устройств. Зачем, как, наименование? Не буду говорить. Возможность должна быть. Иметь возможность считывания информации из микросхем памяти мобильных устройств. Дальше. Иметь возможность чтения сим-карт, записи идентификаторов памяти сим-карт. Иметь возможность декодирования пользовательских разделов памяти мобильных устройств. Иметь сим-карты, не регистрируемые оператором сотовой связи.
Иметь ультразвуковую ванну и оборудование для сушки. Тут написано опционально, то есть бывают случаи, когда необходимо соответствующим образом вымыть и высушить телефон. Иметь возможность поиска и интерпретации информации, полученной из памяти мобильных устройств, карт памяти и сим-карт. Опять же, вам тут рассказывают, чем интерпретируют, как пароли подбирают, неважно. Возможность должна такая быть у эксперта. Иметь возможность видеофиксации действий, производимых экспертом в процессе исследования. Такое бывает необходимым, и в том числе какие-то вещи оно должно иллюстрировать. Ну и иметь возможность оформления результатов исследования, ну и подготовки файлов отчетов. Сейчас практически большинство программных продуктов, которые у нас предназначены для исследования информации в мобильных телефонах, делают файлы отчета. Поэтому, ну, пускай будет такая возможность.
Следующее из что нового у нас. Ну, скажем так, конкретизирован и дополнен порядок исследования. В том числе, это не все, там на самом деле много, перечислять смысла нет, да это неинтересно, добавлены меры по обеспечению сохранности и неизменности информации, содержащейся в памяти мобильного устройства и компонентов. То есть они разделены на меры программные, аппаратные, и для включенных устройств, и для выключенных. Расписано, какими способами это делается. Даны рекомендации по диагностике неисправностей мобильного устройства и восстановлению его работоспособности. На самом деле, в самой первой нашей методике там тоже маленькая-маленькая табличка была посвящена вот таким неисправностям. Сейчас это серьезное приложение, в котором все неисправности разбиты на пять типов. Устройство не включается, изображение на дисплее частично или полностью отсутствует.
Устройство не реагирует или некорректно реагирует на манипуляции с кнопками управления. Отсутствует реакция устройства на манипуляции с сенсорным экраном. Ну и отсутствует связь с устройством через разъем для подключения. В том числе не происходит инициализация устройства в операционной системе стендового оборудования. Вот по каждому из этих пунктов у нас расписаны возможные причины этих неисправностей. Второй столбец таблицы и третий столбец, а что делать в каждом случае, когда вот такая причина выявлена. В ряде случаев, конечно, появляется, что все, устройство, с ним уже ничего нельзя сделать, кирпич, ну пиши, что кирпич. Но это как бы один или два пункта всего лишь. Поэтому вот это вот дело добавлено и хорошо, интересно расширено.
Дальше. А что мы должны делать по мероприятию, по установлению пароля кода на устройство, PIN- или PUK-код или пароль на сим-карту? Вот два предыдущих доклада мы подбирали пароль. Таким способом, таким, таким. А если это не получается? А что же нужно в данном случае? Еще предпринять-то у нас какие варианты-то? А у нас есть ходатайство на самом деле. И следователь может допросить то лицо, у кого изъят этот телефон. Разные способы, вообще на самом деле оперативный способ получения информации о пароле, он никуда не девался, и оперативные комбинации, они существуют. Так вот, в том числе, вот в данной методике, помимо подбора пароля различными способами, установлены виды ходатайств о представлении значения пароля для доступа к памяти мобильного устройства, о предоставлении значения PIN- или PUK-кодов для доступа к памяти сим-карты. И самое прикольное, о присутствии при производстве экспертизы пользователя устройства с целью прохождения биометрической идентификации, потому что ряд действий с разными телефонами, в том числе, без этого бывает невозможен.
Поэтому предусмотрены и представлены образцы, как это делать. Не предоставили, не предоставили, эксперт не вывернется зачастую, но вот эти вещи нами предусмотрены. Следующие способы и этапы извлечения информации из памяти мобильных устройств, тоже они разработаны. Что сюда входит? В качестве способов это низкоуровневое извлечение, то есть полный доступ к файловой системе, раз. И второе, извлечение общедоступных данных. То есть вот такие способы существуют, и иногда подходит этот, иногда, к сожалению, подходит второй только. И этапы. Это этапы не те, которые обязательно должен пройти эксперт раз, два, три. Это то, с чем он может столкнуться при таких способах извлечения информации.
Ну, как бы, включение-выключение устройства, фотографирование, видеофиксация экрана, вот это первое вообще в свое время появилось, а что делать, когда мы должны извлекать информацию из мобильного устройства, мы должны, вообще говоря, взять фотоаппарат и пальчиком, передвигая информацию, каждый экранчик фотографировать. То есть оно не девалось никуда, есть вещи, которые тоже нужно подфотографировать. Подключение устройства при помощи соединительного кабеля или беспроводных интерфейсов к ПАК эксперта. Сюда входит установление и инициализация соединения между мобильным устройством и программно-аппаратным комплексом эксперта.
Перевод устройства в технологический режим с использованием контактных площадок или кнопок управления. Установка программы-агента, понижение версии операционной системы и программного обеспечения, приведение устройства к состоянию, позволяющему извлечь из него информацию, подключение сим-карты к ПАК эксперта при помощи устройства для чтения информации из сим-карт. То есть, вот, скажем так, ряд этих этапов эксперт включает и проходит при производстве экспертизы. Следующее, что у нас снова получилось, ну, словарь основных терминов и определений, он значительно расширен по сравнению с теми методиками, которые были. В каждой методике словарь существует, но мы его немножко расширили. Ну и так далее, то есть все перечислять смысла не имеет, но достаточно много того, что именно вот в то, как исследовать устройство у нас дополнено, все эти порядки есть.
Что еще очень интересного? Ну, скажем так, какая у нас существует и существовала всегда проблема. И в типовой методике исследования компьютерной информации у нас записано, что в принципе копировать результат информации приложения нужно на машинные носители однократной записи, проблем будет меньше у всех. И у следователя, как это потом считывать, и эксперту проблем меньше, но мы приходим к тому, что объемы информации растут и уже машинных носителей однократной записи недостаточно. Поэтому в данной методике у нас появилась регламентация именно порядка записи искомой информации на машинные носители многократной записи. В каком виде она появилась? Если результаты экспертизы записываются на твердотельный накопитель информации или внешний накопитель на жестких магнитных дисках, то пояснительная надпись и подпись эксперта наносятся на бумажную клейкую ленту, прикрепляемую на участок накопителя, не имеющий индивидуализирующих признаков: серийного номера, еще какого-то номера, не имеющего.
В исследовательской части заключения эксперта делается соответствующая запись, в которой указываются индивидуализирующие признаки машинного носителя, ну как марка, модель, серийный номер и так далее, размер записанной информации в байтах, значение криптографического хэша записанной на машинный носитель информации. Тогда хотя бы будет понятно, как с этими вещами работать и как теперь записывать на машинные носители многократной записи. Что еще нового у нас появилось? А вот теперь самое интересное, потому что вопрос был очень проблемным, и мы даже устраивали совещание с представителями ЭКЦ МВД России, чтобы выработать единый общий подход. А что делать, если в исследуемых объектах мы находим сведения для аутентификации на облачных сервисах, хранилищах, паролей на почту электронную и так далее. То есть у нас буквально раздирало друг друга, а что, ну вот мы же нашли, у нас же есть вопрос, а следователю же надо.
Вот взяли, залезли в почту электронную, оттуда тоже скачали все, что нужно. Залезли в облачное хранилище и оттуда тоже скачали все, что нужно. Ну, было как бы несколько здравых замечаний, что с одной стороны, это, наверное, уже превышение наших полномочий, потому что сейчас, сейчас, сейчас, сейчас, есть такое, я тоже была против, но, к сожалению, многие считают так. А с другой стороны, это еще дополнительно большой объем информации, который нужно переработать эксперту с учетом того, что там очереди большущие, но отрабатывать еще… У меня почтовый ящик, там больше 10 тысяч писем, но не очень понравится с ним работать. Выкачивайте все остальное, там мало чего того, что понадобится. Во всяком случае, что же мы решили? Первое, установление наличия содержащих сведения для аутентификации на облачных сервисах и облачных хранилищах, так называемые токены, это этап исследования информации. Сейчас мы его официально внесли в методику, и это важно.
А дальше решено следующее. В случае наличия в памяти мобильного устройства файлов, содержащих сведения для аутентификации на облачных сервисах, токены, на самом деле сюда же, наверное, пойдет и можно, я вот думаю, может быть, еще успеть дописать информация для доступа к криптовалюте, там еще чему-то. Хотя иногда спрашивают эту информацию, и там как бы нормально ключи указали, в интернет-ресурсах, в социальных сетях, в электронной почте, незамедлительно, не дожидаясь окончания экспертизы, сразу нашел, пиши об этом сообщение следователю, приложить эту информацию, ну, понятно, а дальше приложить к заключению эксперта и указать на возможность извлечения данных из облачных сервисов в дальнейшем при проведении следственных действий. То есть незамедлительно сообщили, нужно следователю, пришел и еще осмотрел. Главное, выбрал то, что ему нужно в данном случае.
Ну и типовой образец вот такого обращения о наличии в исследуемых объектах сведений для аутентификации на облачных сервисах и хранилищах, он приведен у нас в наших методических рекомендациях. Ну, скажем, еще один такой проблемный вопрос, который на самом деле вообще нигде не решен.
Как бы нам ни хотелось, но пока вроде там ничего не сказано в 73-ФЗ, так вот, да, вот ни о чем. А что же делать, когда у нас вообще следователь пишет с ошибками? Я уже не говорю о том, что он в принципе методически неправильно ставит вопросы. Мы туда не лезем и просто переформулируем, говоря, что вопрос поставлен некорректно, вопрос там правовой и так далее. Это этого не касается. Но у нас очень многие эксперты занимаются следующим. Ставят вопросы в кавычки и переписывают дословно с орфографическими ошибками, с синтаксическими ошибками. А почему я их должен исправлять? Но я понимаю, с одной стороны, он и сам может быть не очень грамотным и вместо этих добавить свои.
Но мы решили вот это таким образом. Если в поставленных перед экспертом вопросах имеются смысловые, стилистические, лексические, синтаксические, орфографические ошибки, то во вводной части заключения эксперта формулировки решаемых вопросов могут быть отредактированы с указанием причин внесения соответствующих изменений. То есть могут, не хочешь, не считаешь себя грамотным, будешь писать, как вот это вот, ну, это лишний раз показать судье, что следователь не очень грамотный человек, ну и что мы с этим делать будем. На самом деле вот такая возможность, мы решили вот это все, вот эти положения вынести в нашу типовую методику.
Ну и вот на заседании научно-технического совета Следственного комитета Российской Федерации данная методика была рассмотрена и в принципе рекомендована для использования в экспертных подразделениях у нас, во-первых, Следственного комитета, а потом мы ее публикуем и распространяем, ну распространим и доведем во всяком случае до других экспертных подразделений. Их право пользоваться этой методикой, указывать ее в своих заключениях эксперта, не указывать. Ну а мы вот уже дали ей некое направление в использовании. У меня сейчас нет печатного варианта этой методики, потому что она направлена у нас к корректору и потом на верстальщику и будет напечатана. Но это не быстрый процесс. То есть, если учесть, что в конце первого полугодия мы провели научно-технический совет, то в лучшем случае, в лучшем случае она выйдет к концу года именно в печатном варианте. Но вот мы уже это дело анонсируем и обращаем именно внимание на то, какие проблемы и какие задачи мы ставили и как мы их решили.
Спасибо.
[аплодисменты]
— Итак, коллеги, ваши вопросы. Михаил Михайлович, бегу.
— Ольга Владиславовна, спасибо. Ну, не могу молчать. Значит, первое. Сначала безобидное, а просто пояснение видеофиксации действий эксперта. Это, наверное, связано с отдельными случаями. Я помню некоторые из них, но поясните, пожалуйста, залу.
— Нет, на самом деле иногда бывает необходимость зафиксировать, что ты делал, куда ты ходил и как это происходило. Поэтому почему бы нет? А не только с подменой, которые были обращения, когда говорят, вы обменяли там, что-то сделали сами, это тоже, наверное. Нет, ну вот когда возникает необходимость, понимаете, это все рекомендательные, вообще рекомендации. Хотелось бы, чтобы у вас это все было, и когда вы начинаете с этим работать, если у вас возникает такая задача, чтобы у вас это оборудование было, и вы могли это все зафиксировать. Но, как правило, все-таки видеофиксация, она нужна больше при осмотрах, чем при проведении там, при исследовании. Я расскажу реальный случай, мне приходит телефон, написано телефон Samsung, открываю, там совершенно другая модель. И вот суды говорят, а видеофиксация была, то есть мошенник в суд принес телефон, у которого там мошеннические действия совершал, а сам телефон подменил.
Ну, судья тут тупо зафиксировал, они же не знают, какой телефон. И вот это вот был реальный случай. Нет, ну смотрите, я же тоже привела кнопочные телефоны, и ряд кнопочных, стареньких кнопочных телефонов можно было исследовать, только вот видеокамеру поставили, фотоаппарат. Так теперь вот такое, я так понимаю, вы не указали смарт-телевизор и смарт-приставки, потому что у вас какая-то будет методика про умный дом, они туда будут отнесены или как? Нет, ну как бы вот в свое время у нас один из уважаемых разработчиков нам оборудование для их исследования сделал, но оно практически не исследовалось с помощью подключения к чему-то.
— Ну я сейчас спокойно с телевизора выхожу в интернет и видео и все остальное. Правильно, но там другие методы и методики исследования. То есть это будет отдельная какая-то методика? Если появится вот такая потребность о том, что вот нам постоянно телефон, то есть телевизоры будут приносить на исследование, то тогда придется разрабатывать и писать такую методику. Не, на самом деле практически не приносят. Вот почему это оборудование лежит у меня, оно честно лежит на столе. Но, к сожалению, пока особой потребности в исследовании я не вижу.
— И еще, ну все, заканчиваю на это, я понимаю. Значит, смотрите, по поводу данных, которые персональные, в том числе законы персональных данных допускают третьи лица, ответственность за то, что информацию несут другие, а эксперт, как потом 73-ФЗ, он тоже несет ответственность за революцию. То есть я не понимаю, в чем проблема приводить вот эти данные, тем более, если они требуются. Ну, вот я так понимаю, что вы, вот я про те токены, то, что вы говорили. Нет, проблем, чтобы привести их, нет вообще никаких, но просто порядок, как это сделать и процедуру мы прописали. Вот когда я вот этот вопрос для себя поднимала и пыталась со всеми беседовать, я даже анкетку маленькую запустила на Цифрополе, там часть говорит, да-да, давайте мы сразу в рамках экспертизы исследуем, часть моих экспертов, с которыми я до сих пор контактирую в МВД, говорит, да мы так вот, закрыв глазки, тоже иногда все это выдаем в рамках экспертизы.
Но вот именно руководители отдела ЭКЦ МВД России сказали, ради бога, не надо нам вот этого, потому что слишком сложно будет потом по каждой экспертизе. Это усложнит вот эту всю работу, увеличит, и у нас очереди опять вырастут. Нам этого просто в таком формате не нужно. Спасибо.
— Итак, коллеги, еще вопросы. Вон, вижу руку.
— Здравствуйте, замечательный доклад. Я всегда восхищаюсь на каждой конференции, когда вы приезжаете и рассказываете о методике. У меня такой вопрос касательно облачных хранилищ. Например, из случаи жизни выдуманный кейс исследования компьютера на операционной системе Windows, идет синхронизация с OneDrive. Синхронизация происходит в служебные документы, в том числе документы, сведения, содержащие государственную тайну. Мы видим, что синхронизация произошла и сведения утекли на сервера иностранного государства. Как в данном случае проводить экспертизу и оформлять ее?
— Если бы я еще все услышала.
— По вопросу исследования секретной информации, знаете, как бы… Нет, ситуация в том, что на компьютере происходит синхронизация с OneDrive. Это обычная практика на Windows-системах, если она не отключена. И синхронизация произошла с документами, со служебными, например, ДСПшными и различного характера. Как оформлять в данной ситуации экспертизу, если мы знаем, что данные документы утекли на сервера иностранного государства, и OneDrive подчиняется законам FISA или CLOUD, которые там… Проблема в том, что вообще таких документов на таких компьютерах быть не должно. То есть в интернете у человека, то есть компьютер, который выходит в интернет, он не должен содержать ни ДСП, ни секретной информации, никакой.
Если утекла, конечно, надо сообщать, в принципе, что имеются сведения, а то это вообще просто нарушение, что на таком компьютере такая информация существует. Второе, если вы видите, что она утекла, вы обязательно об этом сообщаете. Тут вот даже нет расхождений для понимания, что да, вот эти вот документы, они вот в том числе находятся у нас на облачном хранилище. Но, как правило, все-таки, скажем так, осмотр облачного хранилища, понятно, надо делать в рамках осмотра. То есть в рамках осмотра. Процедура осмотра такая существует. С видеофиксацией, естественно.
Да, с видеофиксацией совсем. А вот вообще-то самая-то большая проблема у нас не в этом, а в том, имеют ли у нас эксперты допуск на работу с информацией, имеющей какую-то там гостайну.
— Ну, допустим, имеют. Вот сколько мы ни поднимали в свое время этот вопрос, нам говорят, ну вот вы должны иметь специализированный программно-аппаратный комплекс, который сертифицирован, тестирован и так далее. И мы говорим, подождите, подождите, оно все хорошо для работы с такими документами, у нас все сертифицировано и так далее. Но когда они так устроены, чтобы в них не могли войти никакие иные документы, файлы, которые не предусмотрены для обработки на этом компьютере. Тут очень серьезная задача, и мы можем говорить, что там есть файл с такими-то реквизитами, с такими-то пометками и так далее, и не более того. Но, к сожалению, другого варианта у нас нет. Возможно, содержащие. Возможно всегда, да?
— Возможно, содержащие. Ну, как пишем, да? Нет, мы даже не говорим, возможно, содержащие. Мы говорим, что там есть гриф соответствующий. На самом деле я прекрасно знаю, что если человеку нужно сохранить все на компьютере, я не говорю про секрет какой-то, хотя бы ДСПшный документ, он просто берет и вытирает у него соответствующие цифры, грифы и все остальное, а все остальное хранит. И вы никогда не определите, он секретный или нет. Спасибо.
— Так, коллеги, еще на временный вопрос. Никита, вон там, вижу, рука была поднята.
— Да, Сан Саныч.
Подскажите, пожалуйста, научно-технический совет. Работает ли он над описанием, созданием типовой мобильной криминалистической лаборатории, в которой будут сосредоточены все основные инструменты, как МКО, Элкомсофта, ЭЛЕТЕКа? И есть ли такие, скажем, мысли про методики? Спасибо.
— Значит, научно-технический совет Следственного комитета, как, собственно говоря, любой орган есть у нас и в МВД России, я думаю, в ФСБ везде есть некие органы, которые рассматривают и принимают, они ничего не разрабатывают. Если я, как руководитель некого научного отдела, совместно с экспертами, которые работают у нас, с Судебно-экспертным центром Следственного комитета, мы разработали эту методику, мы имеем право и мы выносим ее на рассмотрение научно-техническим советам, которые дальше уже рекомендуют. То есть это рекомендательный характер. То, что вы сказали, это разрабатывается, скажем, не в рамках научной какой-то парадигмы, как правило, это все идет в качестве приложения к государственному контракту.
И вам очень долго придется, вот я говорю, сегодня у нас такое видение этого оборудования, через полгода другое, то есть у нас две фирмы начали сотрудничать, уже у нас другая лейблочка, другое наименование, у того программного обеспечения, которым все пользуются, а потом они взяли и поругались, и теперь у нас опять две разных лейблочки, и вот надо и того, и другого. Вообще на самом деле у нас всегда есть проблема между тем, чего нам хочется, а хочется нам вот, чтобы было вот раз, два, три, все. Вот программные продукты, они обладают частично одинаковыми функциями, но тут один бантик, а здесь другой бантик, мне нужен и этот бантик, и этот. И всегда очень сложно вам выделять конкретную сумму, не более того, на закупку, вот вложиться в эту закупку со своими бантиками и обосновать, что я вот сегодня хочу Мобильный Криминалист, а завтра я вот как-то вот, а вдруг опять Cellebrite выйдет, вот я Cellebrite захочу.
Вот все будет зависеть от рынка и от того, что там есть. Вот то, что вы сказали, разработка комплексов, да, это, в принципе, отдельная научная работа, которая заказывается, и вот в рамках МВД это сделать проще, у них есть специальное подразделение «Спецтехника и связь», которое занимается контрактами. Я была как функциональный заказчик. Я говорила, я хочу разработать вот сейчас АПК вот такой-то, такой-то. Функционально он должен содержать эти вещи. И наш исполнитель, который выходит на конкурс, он разрабатывает и описание, и наименование, представляет опытный образец. Мы его тестируем. И говорим, нас все устраивает, прекрасно, это становится на снабжение МВД России. Через год все другое, ну не все, кое-что.
Они приходят и говорят, давайте мы сейчас доработаем, вот это поменяем туда, это поменяем туда, теперь у нас будет вот такое содержание вашего комплекса. Ну давайте поменяем, опять испытания, все остальное. Мы говорим, да, вот нас это устраивает, теперь мы будем закупать оборудование с такими характеристиками. Это не научно, это именно через опытно-конструкторские работы идет.
— Ольга Владиславовна, большое спасибо. Давайте проводим аплодисментами. Это было прям классно.